РЫЦАРЬ БЕЗ МЕЧА

Часть I. Эдвин
ГЛАВА 1. Книга о Дороге
ГЛАВА 2. Ключи
ГЛАВА 3. Аксиант
ГЛАВА 4. Бродячий театр
ГЛАВА 5. Эстуар
ГЛАВА 6. Тарина
ГЛАВА 7. Главная площадь
ГЛАВА 8. Серый Город
ГЛАВА 9. Бой
ГЛАВА 10. Фид
ГЛАВА 11. Тербек
ГЛАВА 12. Гайер
ГЛАВА 13. Адриан
ГЛАВА 14. Посвящение

 

Часть II. Дамир
ГЛАВА 1. Клятва Дамира
ГЛАВА 2. Отъезд
ГЛАВА 3. Дайта и Артисса
ГЛАВА 4. Шкатулка
ГЛАВА 5. Галь
ГЛАВА 6. «Салеста»
ГЛАВА 7. Буря
ГЛАВА 8. Встреча
ГЛАВА 9. Король
ГЛАВА 10. Л.А.
ГЛАВА 11. Приговор

 

Часть III. Рэграс
ГЛАВА 1. «Небесный колодец»
ГЛАВА 2. Выбор
ГЛАВА 3. Арест
ГЛАВА 4. Тюрьма
ГЛАВА 5. Письмо королевы Аиты
ГЛАВА 6. Морбед
ГЛАВА 7. Сон Гидеона
ГЛАВА 8. Перемены
ГЛАВА 9. Ларда
ГЛАВА 10. Дым и огонь
ГЛАВА 11. Спектакль
ГЛАВА 12. Замок Элиаты
ГЛАВА 13. Харт
ГЛАВА 14. Мариен
ГЛАВА 15. Месть
ГЛАВА 16. Начало Дороги

 

 

 

 

furgon

ГЛАВА 6. Тарина

Ночь прошла благополучно, а наутро актёры запрягли Фиту и отправились в Тарину. Когда они выезжали через городские ворота, раздался приказ начальника стражи остановиться. Солдаты преградили им дорогу. Диаманта бросила на Эдвина тревожный взгляд. Он взял её за руку.

По счастью, эти солдаты не имели никакого отношения к Рэграсу – они просто потребовали с актёров платы за выезд из города, ссылаясь на новый указ правителя. Диаманта с облегчением выдохнула. Харт и близнецы принялись возмущаться, остальные – их успокаивать… Дин поспешил заплатить необходимую сумму, пока актёры не наговорили лишнего. Наконец они покинули Эжант – с опустевшим кошельком, зато целые и невредимые.

Путь в Тарину оказался неспокойным. Актёрам, оставшимся без денег, пришлось давать представления, но самым трудным было не заработать, а сохранить выручку – на дорогах орудовали банды разбойников. Один раз после спектакля у них отобрали деньги королевские гвардейцы.

Впрочем, даже несмотря на всё это, Диаманта теперь не представляла, как будет жить без стука копыт, без скрипа колёс, без запаха леса, трав, рек и туманов. Ей нравились холодные сумрачные утра, когда все, озябнув за ночь, старались побыстрее согреться у огня, пока готовился завтрак. Рядом пофыркивала Фита, а с окрестных холмов нехотя сползала ночная мгла.

Пришла осень – это было заметно и по ночам, ставшим длиннее и темнее, и по прохладным вечерам, и по желтеющей траве. Беловатые ночные туманы ложились у подножий пологих холмов, утром превращаясь в холодную росу; ветер всё чаще прилетал с северо-запада, отчего приходилось прятать руки в карманы и плотнее запахивать плащи. Закаты стали ветреными и красными.

Диаманта заметила, что после возвращения из Лианура Эдвин часто бывал задумчив и подолгу молча смотрел на дорогу. Это утро выдалось зябким, то и дело накрапывал дождь. Они с Эдвином забрались в фургон, и Диаманта прямо спросила его:

– Что с тобой?

Он вздохнул.

– Я всю жизнь мечтал найти родителей! А теперь не идут из головы слова королевы Аиты… Похоже, сведения о родителях надо искать в Лиануре. С каждым днём я всё сильнее хочу туда вернуться.

 

Они добрались до Тарины в середине сентября. Диаманта сразу поспешила домой, и Эдвин вместе с ней.

Уже стояли сумерки, и в их сероватом свете родной дворик выглядел пусто и уныло, казался нежилым. Его давно не подметали. В окнах не горели огни. Дверь в дом оказалась не запертой, а только прикрытой, что очень не понравилось Эдвину. Он приложил палец к губам, остановился у входа и долго прислушивался, не притаился ли в доме кто-нибудь. Потом они поднялись по тёмной скрипучей лестнице и осторожно вошли.

Диаманта заглянула в гостиную, вид которой её одновременно и успокоил, и встревожил: было ясно, что отсюда не убегали в спешке, а уехали спокойно и не спеша – но куда родители могли уехать, было непонятно.

– Может, они оставили письмо? – спросил Эдвин.

– Может быть. Давай зажжём свечи!

– Не надо. Попробуй найти так.

Долго искать не пришлось – на столике у окна лежал запечатанный конверт. Диаманта взяла его и хотела надорвать, но Эдвин остановил её.

– Это может быть ловушка. Твои родители вряд ли стали бы запечатывать письмо! А люди Рэграса сразу поймут, что ты вернулась, если увидят, что конверт разорван или исчез.

Вдруг заскрипели ступеньки. Кто-то поднимался по лестнице.

Эдвин быстро взял у Диаманты конверт и положил на прежнее место. Они спрятались за штору и затаили дыхание. Диаманта стояла справа от Эдвина, осторожно подглядывая, что происходит в гостиной.

В комнату вошёл какой-то высокий человек с мечом, в чёрном плаще. Быстро осмотрел её, прошёл вглубь дома, потом вернулся и остановился недалеко от окна. На секунду Диаманта подумала, что это сам Рэграс, и страшно испугалась, но, увидев его лицо, поняла, что ошиблась. Она сильно сжала руку Эдвина. Оба почти перестали дышать.

Незнакомец подошёл к столику у окна, где лежало письмо, взял его, осмотрел, положил обратно на столик и вышел. Со двора послышались удаляющиеся шаги, скрипнули ворота, и всё стихло.

Диаманта с Эдвином перевели дух и покинули своё укрытие.

– Эдвин! Если бы он не нашёл письма на месте…

– Пойдём скорей отсюда! Рэграс ищет тебя. Его люди в любой момент могут вернуться!

– Пойдём. Но где же родители? Что с ними случилось?

– А они не могли куда-нибудь уехать? К родственникам или в замок?

– Могли. Только бы не попали к Рэграсу!..

 

Они со всеми предосторожностями вышли из дома и бегом вернулись к фургону. Актёры встревожились, стали расспрашивать… Выслушав, Харт вздохнул.

– Так я и думал. Пошли к костру, погреетесь. Ничего, Диаманта, привыкай. Ты теперь, как мы – тоже ни дома, ни защиты…

– Нас защищает Мир Неба, – возразил Эдвин.

Они сели у костра. Вильта протянула им по куску хлеба и сыра.

– Мир Неба? – Харт посмотрел на Эдвина. – Неужели ты ещё не понял, что это просто сказка? И Мир Неба, и Адриан этот ваш.

Диаманту глубоко задели эти слова. Она хотела возразить, но Эдвин спокойно ответил:

– Это не сказка. Раньше ты и Рэграса считал сказкой.

– Нет, Эдвин. В Рэграса я верю! А в Мир Неба и в Адриана – нет. Я поверю, что это не сказка, если от вашего Мира Неба будет хоть какая-то польза. Что толку от книг и от красивых слов, если они не действуют? А пока я что-то не вижу, чтобы вам помогал Мир Неба. Вижу только, что эти ваши Гареры, благодетели хвалёные, играют людьми, как кошка мышкой. Аксиант Диаманте обещал, что встретит её, поможет… какое там! Она-то себя не пожалеет, слово сдержит и ключ сохранит – а эти мерзавцы ей даже спасибо не скажут. Вот увидишь – с неё ещё и спросят, что да почему! А вместо благодарности дадут хорошего пинка!

– Ну, ты уж хватил, – протянул Гебор.

– Не верите? Сами увидите… И где ваш Мир Неба? Где он? Почему не помогает Диаманте? Почему она сейчас сидит тут с нами и не знает, что делать?.. А ты, Эдвин… вместо того, чтобы наконец раскрыть глаза и себе, и ей, втемяшил себе в голову эти сказки. Мир Неба, царство правды! Пойми, ты и так связан – и ещё больше себя связываешь этими фантазиями!

– Что значит «связан»?

– Ну а как? Ты же ударом на удар ответить не можешь! Ты даже выругаться не можешь как следует. Тебя бьют – а ты что? Терпишь. Прощаешь. Тебя можно взять голыми руками! Даже если тебя трижды несправедливо обвинят – ты и сопротивляться не будешь. Будешь только звать свой Мир Неба на помощь! Только он не придёт, потому что его нет!

– Так что ты предлагаешь? Отвечать ударом на удар?

– Иногда надо и ответить, Эдвин! Иногда надо и дать как следует! Если не мы, то кто? Твой Мир Неба – это просто оправдание для слабости и трусости, вот что я скажу.

– А ты не думал, что спокойствие в ответ на чужой гнев – это гораздо более сильный ответ, чем удар? И требует гораздо большего мужества?

– А в чём его сила, объясни? В том, что ты позволишь себя унизить? Или в том, что умрёшь как герой? Эдвин, неужели ты всерьёз веришь, что твои выдумки способны кого-то изменить?!

– Если ты слеп, не отказывай другим в праве видеть.

– Слеп?! – взорвался Харт. – Это ты слеп! Слеп и глух!! А когда прозреешь, поздно будет!

Эдвин молча посмотрел ему в глаза.

– Ну чего уставился? – огрызнулся Харт. – На мне ничего не написано. Ладно, больше ни слова не скажу. Это бесполезно объяснять. Время придёт – сам поймёшь.

Актёры устроили рядом с фургоном нечто вроде палатки, чтобы укрываться от дождя и ветра. Харт резко встал и ушёл туда.

Диаманта плотнее закуталась в накидку и придвинулась к огню. «А ведь и в самом деле, Харт точно подметил: Мир Неба не вмешивается в нашу жизнь. Но почему? Иногда так хочется, чтобы вмешался… Харт неправ – но чем ему возразить? Ведь не может быть, чтобы он оказался прав?.. Тогда получится, что надежды нет…»

Эдвин повернулся к ней и сказал, словно отвечая на её мысли:

– Я не считаю, что Мир Неба бессилен, Диаманта. Наоборот, я думаю, что он гораздо сильнее всего, что здесь есть. Сильнее всего, что причиняет нам боль. Он даёт свою силу каждому – только не каждый её принимает. В этом всё и дело. Если мы будем по-настоящему верить в него, он нас не оставит.

 

На следующий день Дин решил дать спектакль, и Диаманта первый раз увидела Эдвина на сцене – его нога зажила, и он, как раньше, играл принца Берайна. Её поразила разница в манере игры Эдвина и Харта. Харт привлекал публику энергией, быстротой реакции и остроумием, а Эдвин – тонкостью игры. Каждое его движение, взгляд, интонация смотрелись естественно. А в напряжённые моменты в его глазах и голосе появлялась такая внутренняя сила, что зрители внимательно ловили каждое его слово и жест. Если он улыбался или смеялся, это получалось так заразительно, что зрители тоже невольно улыбались.

Спектакль принимали прекрасно, публика вовсю веселилась, забыв про страхи и тревоги, и актёры были в ударе. После очередной смешной реплики Зерины раздался дружный хохот, который внезапно смолк.

Прямо на импровизированную сцену выехал офицер Рэграса на чёрном коне. Актёры растерянно расступились. Диаманта похолодела, ожидая, что её сейчас схватят. Но офицер достал какой-то свиток, развернул его и громко произнёс в наступившей тишине:

– Я пришёл сюда с миром и уйти хочу с миром. А теперь слушайте!

«Силы меняются. Отныне править Миром Дня будет его высочество Рэграс Гарер – законный наследник престола, согласно завещанию его отца, великого короля Дабета, и договору предков Берота II с родом Гареров.

Его высочество Рэграс предупредил Берота II о том, что если он не выполнит свой долг и не отдаст корону его высочеству добровольно, его высочество будет вынужден начать войну. Берот ответил на это предупрежение отказом.

Его высочество Рэграс проявил великодушие. Он не желает, чтобы мирное население напрасно страдало из-за глупости своего временного повелителя, поэтому Тарине дан срок до зимы. Если к зиме его высочество Рэграс не получит ключи от города, ему придётся начать войну. Тогда никому не будет пощады. Все непокорные станут рабами в Сером Мире».

Площадь сразу загудела. Откуда ни возьмись, появились гвардейцы короля и начали расталкивать толпу, чтобы арестовать посланника Рэграса. Послышались звуки потасовки. Актёры с трудом выбрались из давки и поспешили к фургону.

– Все здесь? – спросил Харт, поправляя куртку.

– Все, – кивнул Гебор. – Только что нам теперь делать?

– Здесь опасно оставаться! – сказал Эдвин.

– С этим никто не спорит! – раздражённо ответил Харт. – Только куда нам деваться? Разве что в твой Мир Неба, – добавил он с усмешкой.

– Это было бы самое лучшее.

– Так вперёд! Что нас держит?

– Пока предлагаю вариант попроще, – вмешалась Диаманта. – Поехать в замок Варос, к моему дяде. Там безопаснее.

Актёры переглянулись. Близнецы пожали плечами.

– Почему бы и нет, – решил Дин. – Хотя бы соберёмся с мыслями в спокойной обстановке.

– Поехали, нам терять нечего, – согласился Харт.

Вскоре фургон выехал из города по южной дороге. Было зябко, небо хмурилось, облака плыли низко. Казалось, ещё немного – и они начнут задевать желтеющие кроны деревьев.

Когда добрались до замка и дядя Рид вышел их встречать, Диаманта обрадовалась до слёз. Дядя был немало удивлён, обнаружив племянницу в такой странной компании, но принял актёров радушно – он и сам любил театр. А Диаманта первым делом спросила:

– Где родители?

– С ними всё в порядке, они в Лине. Вскоре после того, как вы ушли к Аксианту, им пришло известие о том, что тётушка Ильма тяжело больна. Они не стали терять время и поехали из Тарины прямо к ней – ведь я им регулярно сообщал, что у вас всё в порядке. А теперь вот война на носу. Я написал им, чтобы не вздумали возвращаться, пока всё не успокоится! На дорогах сейчас опасно. Они уверены, что вы с Мариеном здесь, в замке.

– Как хорошо! Я так боялась, что они попали к Рэграсу… А как тётя Ильма?

– Ирита пишет, что ей уже лучше.

– А вы ничего не слышали про Аксианта, дядя? Он не встретил нас в Эжанте, как обещал. С ним ничего не случилось?

– Он наверху, в гостиной, – сообщил дядя Рид, улыбнувшись в усы.

– Что?! Здесь, в замке?!! – Диаманта не знала, плакать ей или смеяться.

– Он приехал ещё вчера и ждёт вас.

Друзья привели себя в порядок, переоделись и пошли в гостиную. Как раз прозвонили к ужину. В кресле у камина сидел Аксиант, изящный, как всегда, в чёрном бархатном костюме, расшитом серебром. Актёры ему поклонились. Он небрежным жестом разрешил им садиться.

– Очень рад вас видеть! Диаманта, с кем ты уехала из Зота?

– С Эдвином, ваше высочество.

Эдвин стоял рядом. Аксиант с симпатией посмотрел на него и продолжал:

– Ты вернула ключ Аите?

– Да, мы с Эдвином вместе ходили в Эстуар.

Все сели ужинать. После долгих странствий и походной пищи приятно было смотреть на белый фарфор, начищенное до блеска столовое серебро и сверкающие бокалы и графины. Актёры вначале чувствовали себя скованно, но постепенно освоились и принялись нахваливать закуски, жаркое из кролика и тонкое вино. Дядя Рид выглядел точь-в-точь как летом и так же неторопливо курил трубку. Аксиант сидел на почётном месте, соответственно своему титулу. После расспросов и рассказов он негромко произнёс:

– Послушайте меня.

Повисла тишина. Все посмотрели на него.

– Я должен надолго уехать. Вам придётся всё решать самим. Скоро начнётся война. Задача у вас одна: сохранить ключ от Лунного Мира.

– Сохранить? – растерялась Диаманта. – Так он останется у меня?

– Пока да. Мы вернём его в Лунный Мир, только позже.

Диаманта вздохнула.

– Что-то случилось?

– Лунная Королева просит о помощи. Её Миру угрожает опасность из Мира Сет. И Рэграс просил меня помочь.

Диаманта удивилась.

– Так ведь… вы говорили, что его высочество Рэграс хочет закрыть Лунный Мир?

– Как выяснилось, нет. Но для вас это дела не меняет… В Мире Сет время идёт иначе. Я вернусь не раньше зимы. Хорошо, что я нашёл вас перед отъездом. Оставайтесь в Варосе, здесь безопасно. Пока не давайте спектаклей, чтобы не привлекать внимание. Берегите ключ и ждите моего возвращения.

– А если Рэграс найдёт нас и отберёт его? – спросил Харт. – Что тогда? Не получится, что Диаманта окажется без вины виноватой? Ведь она уже вон сколько времени прячется от него с этим ключом!

– Пока обстоятельства таковы, что надо просто сохранить ключ.

– А почему вы сами-то его не возьмёте? – не унимался Харт.

– Не могу так рисковать. Лунному Миру угрожает опасность. Мой долг – предотвратить катастрофу. Если я погибну, ключ сгинет во тьме, а этого нельзя допустить!

– Столько хлопот из-за одного ключа, – проворчал Харт.

– Сохранить ключ – ваш долг.

Глаза Харта загорелись дерзким огоньком.

– Долг? С какой стати? Рэграс же ещё не король!

– Твоё счастье, – насмешливо бросил Аксиант. – Если бы он был королём, за такие слова ты бы угодил на виселицу – и это в лучшем случае.

Харт хотел что-то ответить, но Зерина дёрнула его за рукав, а дядя Рид сменил тему:

– А наш король Берот что думает о его высочестве Рэграсе и его правах на престол?

– Ничего не думает. Говорит, что его семья всегда правила Миром Дня и всегда будет править. Я вот сейчас жалею, что когда-то помог его предкам. Рэграс, по крайней мере, сдерживает обещания, которые даёт… Но кровь Гарера – кровь властителя, так что Берот обречён, – добавил Аксиант и глотнул вина.

– А как же люди? – грустно проговорила Диаманта.

– Подданные на то и подданные, чтобы подчиняться. Я вижу, что вы все боитесь Рэграса. В общем, правильно делаете, – усмехнулся Аксиант. – Но он будет хорошим королём. Уж, во всяком случае, получше этого вашего Берота.

– Как это всё печально и страшно, если вдуматься, – произнёс Эдвин. – Отбирают друг у друга корону, а до человеческих жизней никому нет дела.

– Так сказал бы слуга Мира Неба, – улыбнулся Аксиант. – А у Гареров иной взгляд на этот вопрос. Помню, Дабет часто говорил, что войны – это не больше, чем летние грозы.

– И когда начнётся эта летняя гроза? – спросил Харт. – Откуда ждать его будущее величество?

– Я уверен, что добром никто не отдаст ему ключи от Тарины. Люди за пять веков напрочь забыли, кто такие Гареры, а зря. Я бы на месте короля не раздумывая отдал. Рэграс вёл переговоры с королём, но тот так и не понял, с кем имеет дело. Привык к власти и не осознаёт, как быстро может её лишиться. А с чего всё начнётся… Армия Рэграса придёт с юга. Адар встретит его первым.

– А к этому времени вы уже вернётесь, ваше высочество?

– Постараюсь вернуться, Диаманта, но не знаю. Пожалуй, попрошу Гидеона приехать сюда, с ним вам всё-таки будет надёжнее.

– Гидеон? Кто это?

– Мой сын. Вызову его сегодня же.

 

На следующее утро Аксиант ушёл – ключом от Лунного Мира создал переход в Мир Сет прямо из замка, протянул ключ Диаманте, вошёл в туманный коридор и захлопнул за собой дверь, которая немедленно исчезла.

Распогодилось. Леса, окружавшие Варос, вспыхнули золотом в солнечном свете. Казалось, замок стоит посреди золотого моря.

Но уже через два дня солнце потонуло в сером тумане, а потом скрылось за низкими тучами. Резко похолодало, задул северный ветер. Листва начала редеть. Тускнеющий пейзаж усиливал чувство незащищённости и тревоги, и в замке было зябко, несмотря на жарко топившиеся камины. Каждому невольно думалось о Рэграсе, о предстоящей войне.

Диаманта наблюдала за Эдвином и видела, что он собирается о чём-то с ней поговорить, но никак не решается. То ей казалось, что всё так же, как было, то, наоборот, что между ними пролегла какая-то тень. Она несколько раз хотела начать разговор сама, но останавливала себя, отчего-то боясь торопить события.

Через неделю после ухода Аксианта, когда они остались вдвоём во дворе замка, Эдвин сказал ей:

– Завтра на рассвете я уезжаю.

– Куда?! – Диаманта сразу ощутила, что внутри стало пусто и холодно.

– В Эстуар. В Лианур.

– Всё-таки решил ехать…

– Надо сделать это сейчас, пока не началась война. Может, что-то узнаю о родителях. Не зову тебя с собой, потому что здесь ты в безопасности.

– И потому, что это твоя дорога, – ответила Диаманта спокойно.

Они сели на скамью под навесом. Некоторое время молчали, но молчать сейчас было тяжело. Диаманта спросила:

– Дядюшка Дин знает, что ты уезжаешь? А остальные?

– Да. Все уже знают. Театру я не нужен – мы ведь пока не будем играть.

– Главное – чтобы ты успел вернуться до начала войны!

– Я постараюсь побыстрее. Но я должен поехать.

– Я понимаю…

Разговора не получалось. Фразы падали, как снежинки на мокрую землю – таяли, исчезали без следа, оставляя всё так же, как было.

 

Глубокой ночью Диаманта проснулась, и ей отчаянно захотелось пойти к Эдвину и отговорить его от поездки. Какая-то тревога не давала покоя. Тут скрипнула соседняя дверь, раздались тихие шаги. Эдвин сам постучал к ней.

– Не спишь? Я увидел у тебя свет…

– А ты?

– Приснился нехороший сон.

– Может, всё-таки… – начала Диаманта и замолчала, чтобы дать ему договорить.

– Проверь, ключ у тебя?

Диаманта проверила карман платья и достала ключ.

– Я видел Рэграса.

– Во сне?

– Да. Он нашёл тебя. Но я не понял, чем всё закончилось – проснулся…

– Может…

– Что?

– Эдвин, может, всё-таки не поедешь? Мне неспокойно!

– Мне тоже. Но раз решил, надо сделать… Прошу, не пытайся меня отговорить!

– Прости, – она взяла его за руку.

Он посмотрел на неё и хотел что-то сказать, но молча сжал её руку и ушёл к себе.

 

Когда Диаманта открыла глаза, уже светало. Новый день смотрел в окно, ясный, холодный и строгий. Она быстро оделась и заглянула к Эдвину в надежде, что он передумал ехать – но в комнате его не оказалось. Слуга сказал, что он внизу. Диаманта взяла накидку и спустилась во двор.

На листьях белела изморозь, воздух пах снегом. Эдвин седлал коня. Диаманта подошла к нему.

– А я уже хотел идти тебя будить.

Он взял коня под уздцы, они вышли за ворота, прошли мост и остановились на берегу, где начиналась дорога в лес. Перед тем, как вскочить в седло, Эдвин снял свой коричневый камень-талисман и бережно надел его Диаманте на шею.

– Но зачем? – смутилась она. – Ведь он тебе дороже всего!

– Я хочу, чтобы он был с тобой.

Эдвин обнял Диаманту, прижал к себе. Потом вскочил в седло и произнёс:

– До встречи!

Диаманта даже не успела ответить, а только посмотрела ему вслед.

– До встречи…

Лицо Эдвина всё ещё стояло перед глазами. Диаманта вздохнула и почувствовала на плече руку дяди.

– Уехал? – просто спросил он, глядя на дорогу.

Диаманта хотела ответить, но поняла, что заплачет, если произнесёт хоть слово, поэтому только кивнула, не поворачиваясь.

Она поднялась к себе и долго стояла, глядя в высокое окно. Ветер качал деревья. Трудно было представить, что где-то есть другие Миры. Диаманта положила ладонь на камень и на мгновение опять почувствовала на себе знакомый взгляд.

 

Колесо года уже готовилось повернуться к весеннему солнцу, когда Адриан встретил юную девушку Мирету, которая была дочерью одного весьма уважаемого и знатного придворного. Адриан приехал в селение неподалёку от столицы и коротал вечер в одиночестве, сочиняя музыку. Он перебирал струны с таким мастерством, что даже Луна чаще выглядывала из-за зимних облаков, чтобы насладиться красотой его мелодий.

Мирета услышала его игру, которая показалась ей столь чудесной, что она отправилась искать одарённого музыканта. «Что за мелодию ты играешь, благородный господин?» – спросила она, взглянув рыцарю в глаза. Он ответил: «Я пытаюсь вспомнить песню, которую слышал когда-то давно, но мне никак не удаётся восстановить в памяти её начало». Тут Мирета попросила рыцаря дать ей инструмент и, прикоснувшись белыми пальцами к струнам, заиграла музыку, показавшуюся Адриану самой красивой в мире. Он заслушался и забыл обо всех тяготах своего пути. А потом, к огромному изумлению своему, обнаружил, что его мелодия – это продолжение мелодии, сыгранной Миретой. В этот миг в сердце рыцаря вспыхнула любовь, и с тех пор она сияла там, подобно чистой звезде в рассветном весеннем небе.

 

Читать дальше »

 

vinietka